Луали

Столица напялила темный колпак
И сбросила prêt-a-porter.
Я пью, и меня развлекает толпа
Туземного варьете.

И гнется всех лучше красивая та
С коралловой дальней земли
И мне говорит языком живота,
Что имя ее Луали.

И видится в танце мне предок ее,
Не знавший ни букв, ни икон —
Он держит сегодня в руках не копье,
А сотовый телефон.

И если я в гости приеду к нему,
Не бросит меня на угли.
Про это танцует на сцене в дыму
Красавица Луали.

Ей белые снеги покажутся — бред.
И копьями с крыши — вода.
И ей не понять, как в России поэт
Не может щадить живота.

Не может ни сползать на нем, ни сплясать,
Ни даже сменять на рубли.
Лишь только в дуэлях его искромсать
За русскую Луали.